Лидер 1914: "Наша музыка – не о смехотворных атрибутах блэка"

1914 — Лидер 1914: "Наша музыка – не о смехотворных атрибутах блэка"
1914

В начале года второй студийный альбом львовских металлистов 1914 "The Blind Leading The Blind" внезапно исчез из популярных стриминг-сервисов. Как позже оказалось, группа поступила так в преддверии переиздания альбома в мае 2019 года на новом лейбле Napalm Records. В поддержку этого ре-релиза музыканты также представили своё первое музыкальное видео.

Noizr Zine взял интервью у фронтмена 1914 Дмитрия Кумара, расспросив его о сотрудничестве с крупным австрийским метал-лейблом и о том, как это повлияло на группу. Музыкант также рассказал о планах по съёмкам новых видео, важности традиций, творческом подходе 1914, а также о своём хобби, археологических раскопках, и создании музыки вне основного проекта.

В мае вы переиздали ваш второй студийник "The Blind Leading The Blind" на Napalm Records. Расскажите, как началось ваше сотрудничество с известным лейблом и как оно отразились на жизни группы? Наверное, вы почувствовали себя увереннее.

Дмитрий: Отношения завязались довольно просто — они услышали наш альбом и написали предложение о сотрудничестве. На тот момент мы уже вели переговоры с двумя крупными лейблами по поводу аналогичного сотрудничества, подписания контракта. Но коммуникация с ними была не особо оперативной, порой мы ждали ответа в течение недели, да и, честно говоря, условия Napalm были в разы интереснее, чем те другие два предложения. Napalm отвечали моментально, созванивались и разъясняли все необходимые детали. Поэтому сотрудничество сложилось как-то органично, просто и без напрягов. По поводу стали ли увереннее — видимо, да, когда за спиной стоит крупный лейбл и ты знаешь, что тебе есть, где выпускать следующие альбомы, ты знаешь, что у них будет достойный пиар, продвижение, тебе помогут финансово, тебя услышат в тысячу раз больше людей, чем до этого и т.д. — это освобождает голову от очень многих вопросов и проблем, которые встают перед музыкантом (особенно украинским). Ну и, конечно, количество и уровень концертов уверенно лезет вверх и это очень радует.

С выходом альбома предыдущий состав группы, названный именами британских солдат, "погиб". На смену им пришли "немцы", далее могут быть "французы" или "турки". Расскажите об этой традиции в 1914. Как выбираются имена и действительно ли они принадлежали настоящим солдатам?

Дмитрий: Честно говоря, погибли американцы. Первый состав 1914 был полностью взят из AEF (American Expeditionary Forces) реальных существующих воинских формирований, которые принимали участие в боях во Франции и погибли там. Поэтому все звания, ранги, роты и дивизии — реальные и были в структуре AEF, а вот имена наши — это больше аллюзии на наши реальные, но американизированные имена и фамилии. Такая транскрипция. Хотя и не совсем вымышленная. Я пытался строить наши имена вокруг существующих тогда солдат, просто не так нагло воровать их имена, а делать легкий референс в их сторону. К примеру наш басист Армен был Pvt. Armen Bleckley (K Company 160th Infantry Regiment) достаточно недвусмысленная отсылка к историческому прототипу Erwin R. Bleckley — американского военного, убитого в октябре 1918 года в ходе Мез-Аргоннской операции во Франции.

После первого альбома, весь личный состав "американцев" погиб и на смену им на короткое время (на сплит с американцами Minenwerfer) пришли австрийцы. Однако уже на новом альбоме фигурировали немцы. Весь личный состав (особенно учитывая очередные изменения в составе группы) был протеганий реальными подразделениями и званиями с кайзеровской армии, учитывая транскрипцию наших реальных имен. Мы планируем продолжить эту традицию, и на следующем альбоме будут французы, британцы или турки — воюющих сторон было много, есть из кого выбрать.

"В будущем собираемся [снимать больше видео]. И это явно не будет ссанина для писичек формата Sabaton".

В мае вышел ваш первый клип на песню "C'est Mon Dernier Pigeon". Почему для видео вы выбрали именно этот трек с нового альбома? И остались ли вы довольны полученным результатом?

Дмитрий: Почему именно этот трек — всё очень просто: это короткая, злая, драйвовая вещь. Об убийстве от безысходности, о героизме, отчаянии и надежде. О надежде в виде последнего голубя, который принес весть о том, что солдаты больше не могут удерживать форт и ждут помощи. Голубь весть принес, но помощь не пришла. Надежды — часто призрачная штука, особенно в реалиях таких мясорубок. Хотелось [показать] именно её, чтобы хоть немного передать атмосферу тех боев, тех времен. А историческое кино на 10-12 минут с масштабными баталиями мы пока не потянем. Пока что!

Работой довольны, конечно, всегда можно лучше, но с нашим ограниченным бюджетом и реалиями этой страны по поводу исторического оружия, костюмов и т.д. — всё получилось довольно круто.

Сегодня, в эру видеоконтента, новые группы часто пытаются "зайти" слушателю с помощью пары эффектных видео. В вашем случае это первый клип за пять лет существования. Почему? Проблемы реализации или у вас есть свой взгляд на такого рода контент? Собираетесь ли ещё снимать клипы в будущем?

Дмитрий: Грубо говоря, мы играем музыку о Великой Войне. И все треки о баталиях, больших битвах, судьбе солдат в ней и т.д. Снять это круто, масштабно, так, чтобы дыхание замирало и в кадре носились сотни людей, взрывы, техника — пока нереально финансово. А снимать просто обмазанных музыкантов, играющих на своих инструментах в каких-то заводах, болотах или ещё где-то — кому это надо? Наша музыка не о музыкантах, не о гитарах, не о корпспейнте, шипах, кожаных штанах, перевернутых крестах и всех этих смехотворных атрибутах блэка. Не можешь снять масштабную баталию в формате крутого фильма — подожди, лучше не снимай вообще порожняк. В будущем собираемся. И это явно не будет ссанина для писичек формата Sabaton.

Дмитрий, у вас сейчас много концертов за рубежом, деятельность в группе вы сочетаете с постоянной работой и семьей. Остаётся время на ваше хобби — историю и археологию?

Честно, фактически не осталось. Это грузит, потому что для меня это важная составляющая — во-первых, вдохновение для творчества, а, во-вторых, просто хобби, в котором я уже 13 лет, и которое очень помогает мне психологически отдохнуть от всего мира, работы и т.д. А ещё надо читать новые книги, обновлять в голове факты, описания боевых действий и т.д.

Поэтому назревает такой момент, когда приходится выбирать приоритеты. И здесь явно такое понятие как "основная работа" проигрывает по всем фронтам. Да, это может быть финансово не очень здорово, но я смогу себя полностью посвятить семье, музыке, своим хобби. Всему тому, что меня вдохновляет и поддерживает.

Расскажите больше о вашем увлечении — поиске военных артефактов. Что самое ценное, на ваш взгляд, вам удавалось найти на местах боевых действий?

Дмитрий: Самое ценное — это эмоции. Воспоминания, сильные эмоции, вдохновение. Я не хочу измерять деньгами артефакты, которые я нахожу, зато, когда я каждый из них беру в руки, я помню историю, которая с ним связана, как и где я нашел эту вещь, кто был со мной, те чувства, которые у меня были при этом, друзей рядом. Некоторых из них уже нет в живых. Поэтому для меня это не просто поиск дополнительного заработка. Я стараюсь прикоснуться к той истории, тем событиям, побывать там, где оборвался жизненный путь солдата, найти вещи, которые были при нём в его последнюю минуту. Если я нахожу остатки солдата — возможно, это звучит странно — но я говорю с ними. Такой себе небольшой, последний диалог. Почему он здесь, как он умирал, кто его ждал там дома. Такая небольшая Шекспировская сценка в голове. В целом если говорить об интересных находках — то я нашёл остатки мамонта и притащил его куски домой, когда-нибудь я его с дочерью вырою полностью. А ещё орудия труда неандертальцев. Это ценно?

Рассчитываете ли в будущем заниматься и зарабатывать исключительно музыкой? Насколько реальным считаете такой вариант?

Дмитрий: Косвенно ответил на этот вопрос выше. Да, планирую. Музыкой, чем-то своим, хочу начать наконец писать книги (иметь для этого время, ведь идей — вагон). Я хочу прожить оставшееся время своей жизни (сколько там уже получится) не в офисе ИТ-компании. Как-то так.

В 2017 году в одном из интервью вы упоминали о творчестве вне группы — об идеях "в стол". Допускали, что когда-нибудь запишите что-то в акустике. Удается ли писать что-то вне 1914 и если да, то что думаете делать с этими произведениями?

Дмитрий: Я терпеть не могу "русский рок" или "украинский рок" — поэтому лучше не буду в акустике ничего делать. Потому что получается какое-то украинское-роковое говнарство.

Вне 1914 пишу, и не только музыку, но и рассказы и куски романов. Просто чем дальше, тем меньше на это остается времени. Но у меня есть несколько замыслов по реализации творчества "из стола", там есть пару вещей достойных внимания, в том числе детских песен. Когда-нибудь я их запишу. А ещё хочу завершить и выдать записанный, но неизданный альбом своего старого stoner doom проекта Johnny B Gut.

Заказывайте "The Blind Leading The Blind" через сайт Napalm Records. Переходите по ссылке, чтобы ознакомиться с рецензией на альбом.

Интервью — Юрий Сомов
Перевод с украинского — Anastezia G.

Комментарии

ВНИМАНИЕ: Бессодержательные или предвзятые комментарии могут быть удалены модератором, а автор таких комментариев может быть забанен.